Принцип красоты как методологический регулятив научного познания

д. ф. н. Котина С. В.

Московский физико-технический институт

Kotina S.V. Moscow Institute of Physics and Technolog

THE PRINCIPLE OF THE BEAUTY AS THE METHODOLOGICAL REGULATION OF THE SCIENTIFIC KNOWLEDGE

The aim of this article is a wich of substantiation of hypothesis of growth of the scientific knowledge through disclosure and solution of the probleme, beauty, and the principle of the Beauty, and last one, to my mind, has the same significance like the priciples of verification, the falsification, the accordance and the other principles of the scientific cognition

The principle of the beauty ca be formulated in the most simple and condensed form:

Knowledge, which pretends to the status of scientific one, must fultfil demands of the Beauty, which contain comprehension of essence of investigating phenomena, harmonious (as a concellation of contradictions) correlation of plenitude of incarnation of totality of demands of stability, rhytmics, coordination, simplicity.

In the weak form the principle of the Beauty ca be recited:

From several rival theoretica systems preference has such systems, which leans on fine axiome and postulates, which reflects comprehension of harmoniouse correlation, completeness of expression of the methodological regulations of invariance, simplicity and coordination (inside one theory and with other theories).

В парадигме научного познания второй половины XX века все чаще обращаются к эстетическим ценностным ориентирам. Что это за феномен? Носит ли он случайный субъективно-оценочный характер, либо все гораздо сложнее? Возможно он входит в канву построения и функционирование научного знания, но по какой-то причине был слабо проанализирован? Авторские симпатии на стороне второго ответа. Вслед за известными исследователями П.Дираком, В.Гейзенбергом, Г.Вейлем, А.Б.Мигдалом я придерживаюсь мнения о наличии регулятивной роли красоты и уверена в действии принципа красоты как методологического регулятива научного познания.

В данной статье разработана новая дефиниция красоты и предлагается содержательное, структурированное представление о принципе красоты, включающего необходимость выполнения основных требований, накладываемых на организацию и построение научных знаний. Дается новое определение красоты и методологического принципа красоты в жесткой и ослабленной форме, ориентируя методологов на анализ действия его в любой теории претендующей на статус научной.

Красота как преддверие становления идеи, научной гипотезы

Занимаясь проблемами философии науки, логично предположить, что истоки понимания красоты нужно искать там, где зарождаются новые открытия, новые идеи,

научные гипотезы. Чаше всего в данной области мы встречаемся с обращением к эстетическим ценностям и эмоциональными высказываниями первооткрывателей типа: "Возникла прекрасная идея, гипотеза", "Красивое математическое решение" и т.п. Вместе с тем бытует мнение, особенно у воспринимающих и сравнивающих учения, что можно лишь "пост-фактум" рассуждать: "данная формула, либо данная теория более красива", Короче говоря, характер ответов обращает нас к анализу становления и функционирования научного знания а так же к периоду сравнения учений и выбору среди них более достоверно претендующего на статус научной теории.

Начиная с античных времен и по сегодняшний день многие мыслители пытались анализировать и объяснять процессуальный характер становления новой идеи, логического понятия. В XX веке логик Готлоб Фреге обратил внимание исследователей на необходимость учета связи понятия с наличным смыслом и значением. Значение, согласно Фреге, есть именуемый исследуемый объект, а смысл связан с тем содержанием, информацией, которая заключена в данном имени. При этом могут быть разные имена, одинаковые значения и разный смысл. Фреге считал, что смысл носит интерсубъективный характер и его объективная нагруженность задает путь к значению. Рассуждая на тему подвижности смысла, об изменении объема понятия, вспоминая разработки Б.Рассела и Л.Витгенштейна, сопоставляя с концепцией информационного отражения В.Тюхтина, анализируя работы И.Пригожина, Глинсдорфа и Хакена, помня трех-аспектную модель творчества М.Г.Ярошевского, не забывая об основной цели своего исследования, проблеме рождения новой идеи, научной гипотезы и природы появления эстетической оценки, я шаг за шагом, проводя социально-философский анализ творческой деятельности первооткрывателей, приближалась к выводу, что рождение новой идеи, открытия, научной гипотезы предваряется возникновением у исследователя понимания, смысла, связанного с красотой. К этому выводу меня подготовили так же исследования в области психологии, искусствоведения и философии. Не вдаваясь в историю гносеологического анализа понятия красоты, совершаемого на протяжении всей истории развития искусствознания и философии, на изменение представлений о соотношении формы и содержания, сущности и явления, пытаясь опираться на уже общеизвестные разработки в анализе данной проблемы, логично предположить, что с формированием понятия, отражающего сущность анализируемых взаимоотношений, связан эстетический тип способности суждения, а с ним определенный этап понимания, сопровождаемый эстетическим типом восприятия, что и было подмечено еще в трудах И.Канта, фиксировавшего..."Рефлектирующая способность суждения, чтобы подвести данные явления под эмпирические понятия об определенных природных вещах, обращается с ними не схематически, а технически, не чисто механически, словно инструмент, управляемый рассудком и чувствами, а с искусством, согласно всеобщему, но в то же время неопределенному принципу целесообразного устройства природы в некоей системе, как бы ради нашей способности суждения при соответствии между частными законами природы, о которых рассудок еще не говорит ничего, и возможностью опыта как системы". Не следуя по пятам за великим философом, но учитывая и его вклад в анализ проблемы исследования природы становления эстетических суждений, используя накопленный опыт представителей конкретно-научного знания и мировоззренческих разработок, мною была предложена гипотеза, суть которой сводится к следующим положениям. При разрешении проблемы, в процессе формирования научной гипотезы, у субъекта восприятия может появиться понимание, подготовленное психо-физиологическим, логико-предметным и социально-культурными отношениями, схватывающее через

анализ форм, являющейся системы отношений, сущность ее. Это понимание является преддверием рождения идеи, научной гипотезы. Оно связано с характеристикой смыслового синтеза постигаемых субъектно-объектных отношений и является "целью без цели". Отдавая себе отчет о некоторой условности нашего языка, можно отметить, что в данном аспекте понимания субъект схватывает сущность " первого порядка" пока еще до конца не объясненных и непонятных объектов действительности- фактов наблюдений, эмпирии, либо теоретических взаимосвязей, не вписывающихся в наличные, имеющиеся у субъекта знания. И такой этап понимания сущности объекта, анализируемого типа отношений реального мира, подготовленного высшим этапом воображения, отражающим устойчивость, соразмерность, полноту выражения гармонии как снятых противоречий, согласованности частей друг с другом и с целым, устанавливающим сопричастность бытия субъекта бытию исследуемого объекта в единстве с миром, Вселенной, Универсумом, сопровождаемым эмоциональными переживаниями радости, удовольствия, свободы мы и связываем с красотой. Данное понимание становится основой объективных, истинных знаний. Красота позволяет немного приподнять таинственный покров с непонятного для нас явления. Она позволяет раскрыть сущность " первого порядка", если мы отдаем себе отчет в том, что достижение истины есть сложный процесс и далее за сущностью " первого порядка" будет раскрываться сущность "второго" "третьего" и других более высоких порядков. К примеру, - появление идеи, затем научной гипотезы..., разворачивающейся так же процессуально в научную теорию (условно говоря, - теория-сущность n-ro порядка, -как этап становления достоверного знания, претендующего на статус истинностного и т.п.). И такой аспект понимания, схватывания сущности исследуемых процессов, ляжет в основу научных знаний, а так же в шедевры мирового искусства (поэтому-то они и стали шедеврами: художественные полотна, произведения архитектуры, музыкальные творения и т.п.). Но если в научном познании это понимание станет доминантным, лейтмотивом, который получит свое развитие и реализацию в системе организации, функционировании и проверки научного знания через принцип красоты, то в искусстве оно уйдет как-бы в тень, а на переднем плане мы будем фиксировать форму выражения произведения, пронизанную субъективными целевыми и волевыми установками.

От понятия красоты к принципу красоты

История развития науки известны не только матричная форма изложения квантовой механики, но и волновая. Анализируя эволюцию физической картины природы, П.Дирак сообщал: " Исходная точка зрения Шредингера была математическая: он пытался найти красивую математическую теорию для описания атомных явлений. В этих поисках помощь ему оказали идеи де Бройля о волнах, определенным образом связанных с частицами. Шредингеру удалось обобщить идеи де Бройля и получить весьма изящное уравнение, известное под названием "волнового уравнения Шредингера", описывающего атомные процессы. Шредингер вывел эти уравнения путем "чистого мышления", в поисках некоторого изящного обращения идеи де Бройля не придерживаясь возможно ближе экспериментальной информации, как поступил Гейзенберг". И далее он описывает любопытный факт из творческой лаборатории размышлений Шредингера: "Дело в том, что первое волновое уравнение Шредингера, несмотря на красоту, оказалось противоречащим опыту, что привело к огромному разочарованию последнего, и он несколько месяцев воздерживался от продолжения своих исследований. Позднее же, когда физики научились правильно